Канберрский блиц

– Ты слышала про Канберрский блиц?

– Ну, читала что-то в вики… Тогда Корпорация неудачно попыталась подчинить Австралийскую автономию, так? Вернее, у кого-то там из военачальников крыша поехала…

– Ага. Но не все так просто. Погоди, соберусь с мыслями…

Эрик откинулся в кресле, прикрыв глаза и вспоминая.

– Ну так вот. Австралия, как независимый регион, давно уже сидела у Совета директоров как кость в горле. Хотя формально они и управляют планетой, есть масса мест, которые находятся под протекторатом лишь юридически… у Корпорации не хватает рук и ресурсов, чтобы полностью прибрать к рукам всю планету. Для начала ее нужно как следует вычистить, ха! Австралийская автономия – самый большой из анклавов.

Эрик постепенно разворачивал перед девушкой картину реальной политической карты Терры. В минувшем планетарном конфликте Австралии повезло – удаленность от Старого и Нового света позволила ей относительно безболезненно пережить войну, сохранить население, инфрастуктуру и управление.

Остаткам континентальных государств было не до них – люди отчаянно пытались выжить в сложившейся неразберихе. Австралийские же власти поняли, какой шанс выпал им в рулетке судьбы, и не преминули им воспользоваться.

Самой большой проблемой стала нехватка воды, но ее решили путем массового внедрения опреснителей и атмосферных конденсаторов, большая поставка которых была получена буквально за дни до войны. Часть устройств разобрали, изучили и воспроизвели, что дало возможность обеспечить население драгоценной влагой. Помогали и системы рециркуляции. Пользуясь анархией за океаном, правительство одну за одной снаряжало хорошо экипированные экспедиции за ресурсами.

В конце концов это дало результат: отдаленное государство стало новым оплотом цивилизации. Понимая, что ситуация однажды изменится, австралийцы за десятилетие создали мощную защитную систему, опирающуюся на старую спутниковую сеть и новые разработки. И, когда из подземных бункеров Европы, Азии и Америки, как чертик из табакерки, вышла Корпорация со своими зондеркомандами, они были готовы.

Когда новые власти слегка навели порядок “дома”, они обратились к лакомому кусочку – Австралии. И обломали зубы: их встретила мощная защита и хорошо обученные войска. По счастью, обе стороны оказались достаточно благоразумны, чтобы предпочесть очередному взаимному истреблению договор о сотрудничестве. Так появилась Австралийская автономия – самоуправляемый анклав, поставляющий высокотехнологичную продукцию в обмен на требуемые ресурсы.

Эрик взял небольшую паузу, наблюдая за реакцией девушки. В ее глазах горел неподдельный интерес.

– Да, про это рассказывали в общих чертах – и дома, и на Терре в универе читали курс истории. Но ты-то здесь при чем? И твои… мм, друзья?

Он продолжил.

– Дослушай…

Корпорация не оставила надежды подмять под себя заморскую территорию. Разведка новоявленных и самопровозглашенных хозяев планеты работала неплохо, и в некоторый момент стало известно о ведущейся австралийцами евгенической программе. Все же химическое, биологическое и радиационное оружие частично задело страну, и процент детей с различными наследственными проблемами и уродствами в некоторый момент резко подскочил. Тогда руководство Автономии запустило программу “Генофонд”, дабы сохранить и преумножить здоровое население. Здоровых детей изымали из семей и помещали в специнтернаты, где ребят воспитывали, обучали… И со временем находили им пары со столь же безупречной генетикой.

Кэт снова не выдержала.

– Ох… Я читала про программу “Лебенсборн” в двадцатом веке, очень похоже.

– Да, именно. Правда, здесь цели преследовались другие – Автономия хотела сохранить генетический банк нации. Вон, почти все японцы, кто выжил, и их потомки под биоблокадой ходят… а прежде чем детей заводить, проходят сто проверок.

Рождавшихся мутантов беспощадно уничтожали, продолжал Эрик рассказ. “Генофонд” действовал, на свет появлялись здоровые дети, которым прививали необходимые навыки, знания и лояльность, отслеживали и продлевали успешные генетические линии.

Это беспокоило набиравшую силу Корпорацию, опасавшуюся создания заморскими коллегами армии сильных, обученных и абсолютно преданных “сверхлюдей”. Справедливости ради, отметил мужчина, и на подконтрольных ей территориях проводились генетические чистки – это стало суровой необходимостью нового времени.

– И вот тут на сцену вступаем мы… – задумчиво произнес Эрик. – Спецотряд, инструмент точечного воздействия… Чтоб его. СБшникам стало известно о существовании некоего особого комплекса, где, как нам рассказали на брифинге, содержали особые биообъекты. Проект “Хомо Супер”, так это назвали аналитики. Нам было приказано проникнуть туда и… нейтрализовать проект.

– То есть устранить всех.

– Ага. “Вы – хирургический скальпель Корпорации!…” Так говорил Нарби на брифинге. Мы были лучшими, и смогли туда проникнуть. Это была большая вилла в пригороде Канберры…

– Это же столица? По географии у меня было твердое C… стыдно.

– Ничего, зато красивая! – утешил ее Эрик.

Девушка застыла, медленно краснея и не понимая, как реагировать на столь сомнительный комплимент. И уже набрала воздуха, собравшись возмутиться, как мужчина сам примиряюще поднял руки:

– Шучу я, ну, шучу! Не-не, ты правда красивая, не подумай… и умная… и вообще, вообще…

– Вот прилетим, я тебя ракопаукам скормлю, – выпалила Кэт, успокаиваясь. – Но сперва помучаю!

– Ради тебя – все, что угодно! – изобразил Эрик аллегорию послушания. – Только дело сперва сделаем. И кому ты меня скормить собралась?

– Ладно, живи пока… напарничек. – улыбнулась уже сама девушка. – Потом расскажу. Так что вы там делали?

– Да, точно. Слушай дальше…

Диверсионная группа достаточно легко проникла в секретный комплекс и распределилась по территории, собирая данные: четверо действовали внутри, еще четверо обеспечивали прикрытие и поддержку снаружи, а остальные остались в штабе операции как резерв. Им дали примерное описание здания, где, по сведениям разведки, скрывались объекты, проходившие испытуемыми в проекте “Хомо Супер”.

Охраны в комплексе, учитывая его предполагаемый статус, было совсем немного, всего пятеро наемных секьюрити со станганами. Непосредственно интересующее здание охраняли всего двое, которых устранили быстро – даже пикнуть не успели. Нарби сказал – действовать наверняка, пленных не брать. Что означало – бить насмерть.

– Мы проникли внутрь. Это было длинное здание, чем-то похожее на казарму: ряды двухэтажных кроватей, у каждой – тумбочка, на стенах – какие-то плакаты. А на кроватях спали дети.

– Дети?.. – удивилась Кэт.

– Да, обычные такие дети, какими и мы были еще совсем недавно. Лет, может быть, по 12. И вот тут у нас возникли вопросы. Приказ был четкий – устранить всех, кто находился в здании. Мы были бойцами и знали, что такое приказ. Но дети! Перерезать их всех было делом нескольких минут, конечно. Но на роль детоубийц никто из нас не подписывался… Ромка скомандовал осмотреться и собрать больше информации.

В том же бараке-казарме, помимо детей, спал взрослый. Его тихонько скрутили, выволокли наружу и с пристрастием допросили.

Парень был гражданским, долго ломать его не пришлось. И выяснилась любопытная вещь.

– Никакой это был не секретный комплекс, – скривившись, произнес Эрик, – а детский лагерь, вроде того, куда меня самого возили когда-то. Летний отдых и все такое… В столе у парня оказались кое-какие документы. Лагерь, конечно, не совсем простой, там отдыхали и учились в полевых условиях отпрыски топ-менеджмента ведущих австралийских хайтек компаний. Корпорация хотела уничтожить этих детей, чтобы деморализовать руководство противника и заставить принять свои условия сотрудничества… как мы узнали позже. Операция устрашения, которую затем свалили бы на происки локальных конкурентов, спровоцировав внутренний конфликт на материке… и цинично предложив “помощь” одной из сторон. Короче, мы постановили, что детей убивать – это уже слишком, и решили задать вопросы начальству.

Команда ушла из лагеря, оглушив парня-вожатого и оставив за собой два трупа местных охранников. На душе у бойцов было гадостно…

После возвращения начался ад. Нарби бушевал и брызгал ядом, проклиная диверсантов, небеса, Бездну и угрожая своим подопечным самыми изощренными карами. И было отчего – операция с треском провалена, задача не выполнена, сработали грязно!

Конечно, он рассказал, им, зачем команду посылали в Канберру. Описал, какую красивую многоходовку проработали корпоративные стратеги, и как изящно вышло бы взять контроль над непокорным континентом. А теперь из-за тупых сентиментальных обезьян весь план, механизмы которого уже привели в действие, отправился к демонам!

Но их простили. Психологи, работавшие с бойцами, подтвердили, что суть задачи выходила за пределы морально-этического комплекса, привитого диверсантам в ходе обучения. Все, казалось, вернулось на свои места, и группа продолжила выполнять задачи… не выходящие за пределы. Но зерна сомнений были заронены и потихоньку прорастали.

Корпорации очень нужна была Австралия, ее технологический и интеллектуальный ресурс. Не в рамках сотрудничества, а целиком, полностью и безраздельно. Спустя пол-года директорат решился на тайное нападение.

Биологи “МедТех” вывели штамм боевого вируса, поражавшего и уничтожавшего носителей генетических маркеров Автономии, в особенности принадлежащих к селекционным программам “Генофонда”. Мутантов вирус тоже убивал. Его планировалось распылить по материку посредством баллистических ракет подводного старта, выведя их на позицию посредством стелс-субмарин. Вирус убивал не сразу, сперва просто выводил людей из строя, предположительно, у сил вторжения оставалось достаточно времени, чтобы сломить остатки сопротивления и дать антидот ключевым фигурам, без которых покорение новых территорий осложнялось. Для нейтрализации потенциально опасной системы ядерного ответного удара на материк снова забросили Эрика с товарищами…

– Мы знали, в чем суть атаки, и понимали, что это будет геноцид. Несмотря на лояльность давшей нам жизнь Корпорации, тот случай с детьми серьезно ее пошатнул. А вирусно-химическая бомбардировка… это было слишком. Мы все хорошо знали, что это такое, и видели исторические материалы с прошлой войны. И решили, что этот ад не должен повториться, Терра и так вытерпела уже слишком много.

– И что вы сделали?.. – Кэт слушала во все уши.

– Мы сбежали. Нас разделили, забросив в три ключевые контрольные точки ядерного щита Австралии, и, попав на место, мы просто сдались властям, все сразу. Ой, что было… уже через час после нашего пленения Автономия стала похожа на встревоженный муравейник. Мы указали примерные координаты и траектории подлодок, ориентировочное число ракет, другую важную информацию. Передали образцы сыворотки-антидота. Они перенаправили защитные системы… А потом связались с Европой.

Впервые с момента начала своего шествия по Терре Корпорация униженно извинялась, поджав хвост. Ультиматум был простой: либо агрессор отзывает свои силы, либо получает ядерный дождь с поверхности и орбитальных платформ. Те же платформы, оснащенные дальнобойными излучателями, недавним изобретением Автономии, вполне способны нейтрализовать большинство выпущенных по Австралии зарядов… а пару-тройку ядерных грибов или вымерших городов они как-нибудь да переживут, потери приемлемы.

Ультиматум приняли буквально через несколько минут, аналитики по ту сторону вод умели думать и просчитывать ситуацию. Субмарины ушли обратно. Руководство Автономии согласилось забыть про этот “досадный инцидент” в обмен на ряд преференций, а в историю случай вошел под названием Канберрского блица – блестящей работы контрразведки островитян.

– Правда, официальная версия – помешательство адмирала, – уточнил Эрик, – про нас там, естественно, ни слова. Как и про вирус.

– А что с вами стало?

– Ну, мы начали работать на Автономию и на себя. Выполняли государственные заказы, частные… стали называть себя Братством, произошедшее сплотило нас еще сильнее. Да и заказчикам нравится. – Эрик усмехнулся. – А потом вот разворошили муравейник, из-за которого мы тут с тобой сейчас летим… к этим твоим, как их, ракопаукам.

Кэт усомнилась:

– И что, вас так просто оставили в покое?

– О, нет, конечно, нет. Для Нарби и его шефов наш побег был хуже удара по яйцам, пощечина по репутации. Как же, столько сил на подготовку, и все впустую! Они учили нас не просто бездумно выполнять приказы, но соображать. И учителя много говорили о долге, чести, моральном кодексе воина… И, что характерно, нам они его привили. К большому их сожалению, да… На нас объявили охоту, поэтому пришлось много раз менять личность, пару раз – модифицировать внешность… Благо у спецов Автономии возможности для этого, пожалуй, побольше, чем у Корпорации. Я слышал, что начали готовить новую группу, уже с учетом прошлых ошибок. То есть нас. Но точной информации пока нет.

Кэт только головой покачала.

– У меня от таких масштабов голова кругом.

 

Поделиться в:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.